Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

500 америк

Перевод одного старинного документа, посвященного мастеру фехтования короля Арагона Иоанна I.

Документ, где фигурирует этот мастер фехтования я не так давно упоминал в одной своей заметке об истории не совсем испанского фехтования - того, что существовало на каталонском и, возможно, окситанском. Среди разных вех истории фехтования на Балеарских островах и в Каталонии, - как тех, что я упомянул, и тех, что упустил, - этот документ занимает странное и особое место.
На всякий случай, - дабы читатели не слишком очаровывались, а затем разочаровывались, - замечу: перевод носит любительский характер, в нем возможны серьезные ошибки и огрехи. Я и так, и эдак крутил его и разные варианты, но все же до конца не могу быть уверен, что сделал все правильно.
Я, некоторым образом, зациклился на этом тексте, долго ходил вокруг да около, и решил решить проблему радикальным образом. Не будучи ни в коем случае специалистом по данному языку и региону, я решил перевести текст на старо-каталонском и постарался сделать это настолько точно и въедливо, насколько вообще способен. Надеюсь, теперь этот текст перестанет мозолить мне глаза, и я к нему наконец-то начну относиться поспокойнее.
Collapse )
500 америк

Касательно нашего музейного о-дачи

Как я уже раньше упоминал, в нашем японском музее устроили небольшую выставку мечей. Я даже немного рассказал о таком редком и необычном оружии, как наш о-дачи.. Но, увы, выяснилось, что моя информация была ошибочной. На одной из предыдущих экскурсий я, считая, что речь об оружии более позднего периода, к сожалению, ввел в заблуждение посетителей и читателей. Поэтому приношу извинения за неверную информацию насчет этого меча.

74869847_3098126093549377_1316937681346756608_o

О-дачи из японского музея. XIII век, мон Катабами.

Как оказалось, история нашего о-дачи интереснее, чем я думал. Я недавно говорил с Ниром, заместителем заведующей музеем. По его словам, выставленный в витрине о-дачи (общая длина 140 см), по имеющимся данным, вовсе не один из тех о-дачи века эдак XVI, какими пользовались некоторые пехотинцы.

תוצאת תמונה עבור ‪odachi japanese prints‬‏

Collapse )

500 америк

Впечатления от оружия

Впечатления от оружия
Недавно в нашем японском музее открылась новая выставка. В основном выставки посвящены пропагандистской гравюре. Есть неизбежные нэцке.
Зато выставили мечи из музейного собрания. Несколько довольно боевого вида клинков. Особенно интересен о-дачи.
140 см. Очень длинная и ухватистая рукоять. Довольно крупная стальная цуба. Производит впечатление боевого оружия - и резко контрастирует
с изящными катанами и вакидзаши с небольшими рукоятямим коротким клинком и изящными укращениями.
500 америк

Веерная защита

Веерная защита

В "Трудно быть богом" описывается странная техника фехтования, которой пользовался Румата Эсторский - веерная защита. До сих про поклонники Стругацких и люди, настроенные более критически, спорят о том, возможна ли вообще такая штука, как веерная защита. Разумеется, у Стругацких описана довольно-таки странная, даже невероятная техника, которая держит атакующих на расстоянии или успешно выводит их из строя, работает непрерывно и надежно. Правда, в итоге и она не помогла герою.

Collapse )

Collapse )
500 америк

Большие перемены-5. Часть вторая, вступительная.

Большие перемены-5. Часть вторая, вступительная. (Как всегда, переношу из фейсбука.)

Давно я не продолжал эту серию, но нужно с чего-то начинать. Сегодня выскажусь кратко: это больше пища для размышлений, чем готовые выводы. Итак, вопрос, к которому очень сложно было подойти и, по правде сказать, даже теперь подойти непросто - вопрос о том, почему наиболее значимые трактаты по Дестрезе и  работы по фехтовальным системам, восходящим к рубежу XVI-XVII веков, еще наблюдаются в начале XVIII века, но затем уходят в прошлое. Старое фехтование сходило на нет постепенно: немцы вполне находили его рудименты еще и в XIX веке. Да, тогда еще кое-кто фехтовал на длинных мечах в старой манере, хотя посторонним это казалось странным . Кое-что долгое время оставалось и от старинных французских и испанских систем в XVIII столетии. Но все же, если присмотреться к процессу уходу старого и господства нового фехтования, начало или, как минимум, первая треть XVIII века - явный водораздел. Сама тенденция наметилась гораздо раньше.

Здесь есть несколько скользких моментов. Во-первых, о фехтовальщиках и системах фехтования тех веков мы знаем по письменным источникам. А в таком практическом искусстве или ремесле количество специалистов или практикующихся куда больше, чем число известных нам школ и мастеров, и тем более - трактатов. До сих пор история фехтования - во многом история книг по фехтованию, сборников приемов, подчас отдельных систем, история анекдотическая, история курьезов, история знаменитостей, история спорта и развлечений. Но в гораздо меньшей степени - это история документальная, история большой массы людей. История преступности только местами касается этой сферы. Поэтому, хотя архивисты находят самые любопытные материалы, от конспектов курса фехтования до зафиксированных экзаменов, эти ограничения все еще накладывают свой отпечаток на всю область исследования. Так что, пока речь о книгах и книжной культуре.

Collapse )

500 америк

Большие перемены 4-2. Часть вторая. Кое-что о дуэлянтах.

Большие перемены 4-2. Часть вторая. Кое-что о дуэлянтах.
1480 годом датируется первое упоминание предполагаемого предка рапиры - espada ropera. Однако ни в конце XV, ни в начале XVI веков это оружие не было ни самым популярным средством самообороны и дуэли. Но колюще-рубящие клинки уже становятся отдельным оружием для поединка. Это можно увидеть у Мароццо. Стойки, перемещения и идеи из таких сочинений в сильно переработанном виде появляются в более поздних трактатах.

תוצאת תמונה עבור ‪Marozzo‬‏

Акилле Мароццо, 1536 г.

Именно в XVI веке происходит основная трансформация в мире боевых искусств Европы. Меняется общество, меняются нормы и нравы, - меняются и характерные виды конфликтов. В XVI веке судебный поединок, в том числе среди аристократов, становится все более редким явлением. Зато дуэль нового образца - все более частой. Для судебного поединка нужно было слишком многое: согласие нейтрально настроенного правителя, имеющего право "дать поле", то есть разрешение на поединок и полощадку для него; правильно составленный вызов и ответ на него - нередко к этому процессу подключались юристы-крючкотворы, и обмен вызовами мог тянуться долгие месяцы; после согласия сторон - согласование времени, места, снаряжения, оборудования, оружия, доспехов, участников, организационных вопросов (все это стоило очень больших денег и усилий даже для богатых аристократов); надзор и арбитраж со стороны правителя и судей; наблюдение со стороны уважаемых свидетелей из числа высшей аристократии или правителей же; интенсивная воинская подготовка, иногда целой группы поединщиков с обеих сторон. Список этот - далеко не полный. Он неплохо показывает, насколько трудной затеей был такой "суд", не говоря уже о юридических тонкостях вокруг подобных споров. Такой подход давал определенные гарантии сравнительно честного поединка и арбитража, хотя возможно было всякое Дуэль нового образца была проще: двое противников, нередко две группы из противников и их секундантов с минимумом надзора и организации на каком-нибдь пустынном месте, с минимумом подготовки и простым и понятным всем подбором оружия. И хотя в таких случаях хватало обмана, предательства, различных хитростей и просто нарушения всех условий, такая дуэль была удобнее и стала гораздо популярнее в кратчайшие сроки. Кроме того, она была удобна для более бедной части дворянства и аристократии - не было нужды в колоссальных расходах.


Collapse )
500 америк

Большие перемены - 4. Первая часть: Предыстория.

Большие перемены - 4. Первая часть: Предыстория.

Для того, чтобы понять фехтовальную трансформацию в социальном контексте, придется уйти далеко назад по времени и начать со Средневековья. Впрочем, это уже традиция, и исследователи истории фехтования обычно так поступают: материал обязывает. Если оглянуться на разные трактаты по боевым искусствам, изображения битв, поединков, потешных боев и турниров со времен позднего Средневековья и постепенно дойти до начала XVIII столетия, прежде всего поражает, какой огромный пласт оружейной культуры, какое разнообразие оружия появилось и развилось за удивительно короткий исторический период и так же стремительно вышло из массового употребления. Вместе с этими видами оружия ушли в прошлое целые разновидности вооруженных конфликтов в тот же период. Первый иллюстрированный фехтовальный трактат, уже упоминавшийся ранее I.33, демонстрирует довольно развитую систему боя на мече и баклере начала XIV века (а вполне возможно и конца XIII).

תוצאת תמונה עבור ‪I.33‬‏

I.33. Хитрый захват. Первая треть XIV в.

Трактат написан на латыни, но специальные термины немецкого происхождения. Это указывает на существование довольно развитых школ боя на мече и баклере и общую востребованность этого вооружения. Сразу замечу, что меч и баклер представляются довольно-таки универсальным и удобным видом вооружения для разных целей, и едва ли случайно, что этот вид фехтования был много позже вытеснен из своей ниши фехтованием на рапире. Первое, что бросается в глаза в этом оружии - высокие требования к мастерству фехтовальщика. Если некоторые виды вооружения сразу дают определенные возможности даже новичкам (например, копье), то в мече и баклере нужен гораздо более высокий уровень навыка и длительная подготовка. Ничего удивительного, что в знаменитом Кодексе Манессе, посвящнном германским миннезингерам, появляется особая разновидность турнирного поединка, где два бездоспешных бойца соревнуются в искусстве боя на мече и баклере, а дамы наблюдают за ними.

תוצאת תמונה עבור ‪codex manesse‬‏
Collapse )
500 америк

Большие перемены - 1

Большие перемены - 1

В 1671 году был издан трактат по фехтованию на шпагах. А в 1686 году вышел очередной трактат по фехтованию на рапирах. Это были работы двух французских мастеров - Филибера де ла Туша и Андре Вермессона (сьера де Лианкура). Обе книги были хорошо приняты властями и читателями. Обе книги стали классикой, и историки классического фехтования помнят обоих мастеров и считают их работы эпохальными. А для фехтования предшествующей эпохи обе эти работы стали своеобразным водоразделом, итоговой чертой, после которой все изменилось необратимо, а старое фехтование ушло в прошлое.

Интересно, что принципиальных новинок там было не слишком много. Выпад в том или ином виде был известен задолго до де ла Туша и Вермессона. Оружие было, на первый взгляд, все то же - шпага и рапира. Многие техники, казалось, ничем не отличались от приемов мастеров первой половины XVII, а то и конца XVI века. Но, как говорится, дьявол в деталях. Выпад был тот же, да не тот: "малозначительные" нюансы техники существенно удлинили выпад. Иными словами, фехтовальщик в общем и целом мог атаковать на большем расстоянии противника. Более того, выпад стал гораздо менее статичной техникой: если когда-то он был чрезвычайно опасен для исполнителя и мог легко закончится смертью, а уйти в стойку из выпада было очень непросто, то из нового выпада было уже довольно легко вернуться обратно в стойку, позиция ног и таза и тренированное тело это вполне позволяли. А это значило, что защититься от контратаки и отступить или сманеврировать было легче. В свою очередь фехтование в целом при такой базовой технике становилось более мобильным и скоростным, более взрывным и опасным. Стойки таили большую угрозу, старт фехтовальщика был менее заметен, а возможности скрыть подготовку к атаке и создать сюрприз для противника расширились. Даже если посмотреть на иллюстрации из обеих работ, сама поза фехтовальщика более пластичная и гибкая, чем ее более ранние ренессансные аналоги. Иными словами, тело под влиянием такой техники и сопутствующей тренировки также менялось, а его возможности в целом увеличивались. Но выпад не был единственной атакой: новые школы унаследовали и перешаг разноименной ногой (пассато) в сочетании с новой динамикой тела и идеей выпада. В результате изменился маневр: многичисленные перемещения в сторону по дугам и хордам воображаемого круга стали существенно короче и ближе к центральной линии, они зачастую теперь шли вдоль этой самой линии.

Автоматический альтернативный текст отсутствует.

Выпад у де ла Туша

От прежних идей не отказались еще до конца, но их значимость уже заметно упала. Сами эти идеи и их воплощение тоже стали меняться. И отчасти в этом было "виновно" новое оружие: шпага и рапира нового образца довольно далеко ушли от аналогов начала XVII века и стали поразительно похожи на оружие века XVIII и даже XIX. Оружие было явно более управляемым, маневренным и требовало больших проработки кисти, точности и минимализма в технике фехтования, чем прежде. Новые шпаги и рапиры были явно колющим оружием, и если какой-либо иной удар ими можно было наносить, то в основном секущий, кончиком клинка, вроде старого доброго эстрамасона. Наконец, в результате всех этих перемен стала меняться фехтовальная дистанция и общий рисунок фехтования: более дальняя атака означала более дальнюю угрозу, сложные и новые переходы от одной дистанции к другой, новую подготовку к атаке и существенно другой подход к атаке и защите. Все это было ближе классическому фехтованию, чем даже раннему современнику обоих мастеров - Алфиери. Старые идеи и школы фехтования существовали еще некоторое время. Работы начала XVII века перепечатывались еще и в XVIII. Так было с "Lo schermo..." Фабриса, например. Старые школы еще долго выпускали мастеров старого образца: еще в XVIII столетии мастера могли возводить свою фехтовальную родословную к мастерам и работам прошлого. Так было с Дестрезой. Так было с преемниками некоторых итальянских школ - не только в Италии, но и в Нидерландах и Германии. Но со временем старое уступилo новому.


Автоматический альтернативный текст отсутствует.

Дистанция у Вермессона

Если смотреть на это новое фехтование отдельно, может показаться, что дело только в оружии и постепенном развитии идей, связанных с методом тренировок и определенными техниками. В самом деле: если кто-то придумал более длинный и эффективный боевой шаг и ударом, преимущество будет на его стороне. Когда-то фехтовальщики рубежа XVI - XVII веков были новаторами, они создали более эффективные техники перемещения, приемы и подходы. Ничто не стоит на месте, превзошли и их самих. Но перемены в фехтовании нельзя свести только к развитию разных специальных навыков и видов оружия. Во времена де ла Туша и Вермессона ушло в прошлое не столько прежнее фехтование на рапирах и шпагах, сколько целый пласт другого фехтования, некогда очень и очень востребованного - бой на двуручном мече, фехтование на длинном мече, бой на мече и баклере, бой на дюссаках и огромная масса приемов и техник боя на различных видах древкового оружия. А еще ушла в прошлое практическая сторона фехтования. Фехтования все больше становилось узкоспециальным навыком, вещью в себе, методом ритуализированного поединка с жесткими ограничениями. Если в конце XVI века английский мастер Джордж Сильвер жаловался на засилие итальянской школы рапиры, на то, как забросили традиционные виды оружия, и как это плохо сказывается на навыках, на практическом умении и боевой стороне фехтования, то в конце XVII века эти виды оружия уже почти совсем исчезли. Если посмотреть на арсенал оружия из трактатов по фехтованию середины XVII - начала XVIII века, то там фигурируют обычно наиболее актуальные для военной подготовки виды - пика, короткая пика, флаг, отдельные варианты древкового оружия (протазан, например) и тому подобное. Причем, часть этого оружия - этакий факультатив, вдруг клиент захочет. Ну и, разумеется, реклама мастера и его навыков. Даже наследники более ранней традиции фехтования, вроде Шмидта, в начале XVIII века отказываются от большей части арсенала. Поздние авторы, особенно из военной среды, воевавшие и бывавшие в стычках, не раз потом выражали сомнение в практичности фехтования для военного дела. Или, во всяком случае, нуждались в его адаптации к полю боя.



Предок выпада у Агриппы

Итак, возможно, дело не только в технике и оружии. С конца XVI века видно, как определенные виды оружия, так и подходы к фехтованию стали более узкоспециальными. Рапира в скором времени ставновится оружием дуэлей, признаком статуса и принадлежности к привилегированным слоям общества или определенным привилегированным корпорациям (военным или, как во Франции, официально признанным ученикам Корпорации мастеров фехтования со стажем). В XVII веке постепенно уходят в прошлое такие развлечения, как Фехтшуле, когда в германских городах в центре города огораживалась площадь, и там фехтовали и тренировались признанные специалисты по бою на традиционных видах оружия (среди горожан в особенности). И самое интересно, именно в конце XVII века появляется первый учебник самообороны, поразительно похожий на современные. Его автор Николаас Петтер составляет основательный перечень приемов самообороны (в том числе против ножа), но в учебнике нет места старым видам оружия. Мастер защищается голыми руками. В ряде руководств по самообороне фигурируют также простые и знакомые сегодня приемы и изредка использование подручных средств. Впрочем, в основном этим отличаются агрессоры. В то же время, по-видимому, горожане в Нидерландах отказываются от использования целого ряда видов холодного оружия (кроме, возможно, трости или палки) да кое-кто, возможно, пользуется пистолетом. Неудивительно, что в Новое время голландцы славятся именно своим умением драться. На холодном оружии сражаются либо дворяне (шпага и рапира), либо представители городского дна. Последние устраивают дуэли на ножах. И эти перемены нельзя списать на новшества в сфере фехтования.

Автоматический альтернативный текст отсутствует.

Дистанция у Алфиери, 1640-е

Государство и аристократия в это время старательно ограничивают права остальных сословий на использование холодного оружия, особенно "благодордного". Шпагу или рапиру во многих странах можно носить только дворянам или военным. Изредка отдельным привилегированным лицам. Границы между сословиями становятся куда жестче именно в эту эпоху становления централизованных европейских государств, а в целом ряде стран - абсолютных монархий. Многочисленные ограничения и монополия на занятия, связанные с фехтованием, боевыми искусствами и применением оружия со временем только усиливаются во второй половине XVII века: усиливается лицензирование, ограничивается число мастеров фехтования, урезаются возможности преподавать неофициально и частным образом. Если раньше с поножовщинами и драками на других видах холодного оружия более-менее успешно справлялись лишь в отдельных регионах (например, в Венеции), то теперь настают новые времена, и даже дуэли устраиваются подпольно и так, чтобы не мозолить глаза властям. У государства есть гораздо больше власти над тем, что происходит в общественной сфере. Это, наверное, еще нельзя назвать монополией на насилие, но можно назвать серьезным шагом в сторону такой монополии.

תוצאת תמונה עבור ‪Nicolaes Petter‬‏

Петтер и практическая самооборона, конец XVII века, Нидерланды.

По всей видимости за XVII век произошла смена нравов, и новые поколения европейцев стали как-то иначе относиться к вооруженному насилию, в том числе "потешному". То ли нравы изменились, то ли отношение к насилию со стороны властей, то ли все вместе. Конечно, свой отпечаток наложила на происходящее и Тридцатилетняя война, невероятно кровавая и разрушительная. После такого конфликта, вероятно, многим были не по вкусу грубые забавы с оружием и массовые драки на холодном оружии в городской черте. К тому же, война поменяла нравы, и сам по себе Вестфальский мир 1648 года неспроста считается отправной точкой не только для нового законодательства в сфере ведения боевых действий и отношения к гражданскому населению и военнопленным. Очевидно, произошедшее показало, что нужны некие новые общественные и не только общественные нормы. Наконец, меняется сама общественная сфера, отношения в обществе. В XVIII веке ограничений становится, пожалуй, даже больше прежнего, и возврата к прошлым временам уже нет. Когда в конце XIX, а затем вновь в конце XX векa исследователи обнаруживают старые трактаты, столетиями пылившиеся на полках в библиотеках, уже некому вспомнить, зачем и почему прежним мастерам фехтования нужны такие странные стойки и перемещения, зачем нужны эти странные виды оружия. Все приходится изучать почти с нуля. Но отдельно и по порядку постараюсь написать о всех этих темах уже потом.

תוצאת תמונה עבור ‪fechtschule‬‏

Фехтшуле - упадок в XVII и исчезновение в XVIII веках.

500 америк

О переходном периоде

Давненько тут не писал. Пишу по большей части в фейсбуке, хотя там формат совсем неудобный, и не так много новых материалов. Но чтобы журнал совсем не помер, отмечусь. Давно была мысль написать что-то о переходном периоде в истории европейского фехтования. Приходится он, по-видимому, на середину-конец второй трети XVII века. Видимо, это где-то конец 1650-х и 1660-е годы. Что-то новое проглядывает у Алфиери, но его учебник все еще принадлежит прошлой эпохе. И все же, именно тогда зарождается принципиально новый подход к поединку, новый подход к фехтовальной дистанции, перемещениям, технике и отчасти тактике. Вслед за окончанием этого переходного периода начинается новая эра в фехтовании. Учебники фехтования еще не очень хорошо фиксируют эти изменения, они все еще консервативны. А вот на изображениях дуэлей кое-где появляется новое фехтование. И только позднее, в 1680-е и далее, можно увидеть в учебниках фехтования технику почти что классического фехтования - у Лианкура, например, иллюстрации очень ясно это показывают. Кстати, не исключено, что Дестреза пришла к закату именно в результате появления таких конкурентов. Последние ее мастера приходятся на канун борьбы за "испанское наследство", гражданских войн и смуты. Интересно посмотреть, как на все эти процессы повлияло становление новых более централизованных европейских монархий, завершение Тридцатилетней войны, а самое главное - изменения в европейских обществах, особенно в их отношении к вооруженному насилию. Думается, не случайно именно в эту переходную пору появляются руководства по рукопашному бою и самообороне, поразительно похожие на современные нам книжки по самозащите. Впервые арсенал, представленный там, в основном предназначен для безоружного горожанина или горожанина, пользующегося "мирными" предметами - тростью, палкой, подручными средствами. И совсем уж классическое руководство Петтера появляется примерно в те же годы, когда и фехтование Лианкура.
500 америк

Очень древний спор

Очень древний спор

Дуэль - излюбленная тема многих авантюрных романов. Ее можно встретить у самых разных авторов - от классиков до беллетристов. Не раз появлялась она и у Марриэта. У Марриэта дуэль интересна тем, что ее описывает не только одаренный рассказчик, но и боевой офицер с большим опытом абордажей и десантов, где вовсю использовали холодное оружие в группе и поодиночке. Весьма вероятно, что и в дуэлях Марриэт принимал участие, но тут сведения скудны, и можно судить только по сюжетам книг. В любом случае: его художественный вымысел достаточно документален.



Марриэт не раз описывал дуэль с самых разных точек зрения. Он описывал ее как беллетрист, юморист, критик нравов и нередко даже ее откровенно пародировал. В "Питере Симпле" он говорит о дуэли в том числе с практической точки зрения, глазами главного героя. В одной из сцен романа на дуэли должен сражаться друг и старший товарищ Симпля, О'Брайен. Это отважный, хитрый и опытный офицер Королевского Флота. По собственному признанию, он "чертовски мало" понимает в фехтовании. По мнению Симпля, это очень опасно, ведь предстоит биться на шпагах с французским офицером, который умеет фехтовать и чувствует себя очень уверенно. Но О'Брайен утверждает, что не все так безнадежно. Ведь если против умелого фехтовальщика сражается неумелый, исход неизбежно будет в пользу первого. Но когда против умелого бойца выходит человек без фехтовальных навыков, но зато смелый и хладнокровный, исход поединка предсказать сложнее. О'Брайен объясняет свою точку зрению тем, что фехтовальщика так же сильно сбивает с толку неумение противника , как самого противника - фехтовальное мастерство. В ходе дуэли он и правда ошеломляет врага нестандартной и агрессивной атакой и закалывает его насмерть.



Интересно, что у такого взгляда на фехтование и поединки есть давняя предыстория. И характерен он, по-видимому, именно для англичан. Такие авторы как Джордж Сильвер остро критиковали узкоспециальную фехтовальную подготовку, когда предпочтение отдавалось одному виду оружия (рапире, например) в ущерб всем остальным видам. Дело было в том, что навык фехтовальщика в этом случае не был универсальным, для всех ситуаций и обстоятельств. И это вело к весьма вероятной гибели за пределами строго определенного формата дуэли - слишком часто в нестандартных ситуациях фехтовальщик просто мог растеряться и наделать грубых ошибок. Потому-то Сильвер советовал испытывать мастерство в бою против принципиально разных типов бойцов: прот умелых фехтовальщиков, против отважных и неумелых людей, против подвыпивших... Универсальная готовность к бою в его глазах была важнейшим критерием настоящего мастерства. О том же, в сущности, писал Томас Гоббс. Он утверждал, что для воспитания молодежи фехтование бесполезно, потому что надо очень долго учиться узкоспециальному навыку с гадательным результатом (уйдут долгие годы). А вот борьба - на его взгляд - гораздо практичнее и надежнее. И дает массовую воинскую подготовку, что полезно для государства и военной службы. Видимо, практический и профессиональный опыт, как и доскональное знание фехтования, здесь сходились вполне.